Журнальная статья 1985-ого Sbarro Albatros (Le Moniteur de l’Automobile)

Перевод статьи Sbarro Albatros от бельгийского автомобильного журнального издания Le Moniteur de l’Automobile, № 837, Декабрь, 1985.

ALBATROS

Альбатрос? Завсегдатай приполярных широт южного полушария, крупнейшая из морских птиц с трехметровым размахом крыльев, в свое время не только вдохновила Бодлера на написание знаменитого стихотворения. Став плодом настоящей сказки, какие любят рассказывать на побережьях Южно-Китайского моря, купе Albatross появилось на свет в результате технического союза экстравагантного швейцарского кузовщика Франко Сбарро (Franco Sbarro) и авторитетного бельгийского ювелира автомобильного тюнинга Фредерика Дюшателе (Frédéric Duchatelet), создавших уникальный двухдверный автомобиль с дверями типа крыло чайки.

В начале сентября, во время посещения мастерских Фредерика Дюшателе, мы почти случайно обнаружили в углу белесую кузовную массу, установленную на подставках. Прошло чуть более трех месяцев, и вот перед нами предстает эксклюзивный автомобиль — всего за несколько часов до погрузки в трюм судна, где он, бережно укрытый в специальном контейнере, отправится в двадцатидневное путешествие к берегам Малайского архипелага. Между этими двумя этапами лежат сотни часов упорного, кропотливого труда, потребовавшегося для выполнения столь необычного спецзаказа. О вкусах и эстетических предпочтениях, разумеется, можно спорить, и среди сотрудников нашей редакции нашлось мало ценителей дизайна радиаторной решетки с ее горизонтальными ребрами, полностью скрывающими переднюю часть машины. Однако нельзя не признать, что работа выполнена с высочайшим мастерством, причем это касается как гармонии кузовных форм в целом, так и уровня финальной сборки и детализации интерьера.

В основе этого проекта лежит купе Sbarro Al Ajda. Вспомните Женевский международный автосалон 1984 года: бывший гоночный механик конюшни Scuderia Filipinetti представил тогда двухтурбинное купе с дверями типа крыло чайки, построенное на агрегатах Mercedes. Выставленный на стендах комплекса Palexpo шоу-кар Bi-Turbo Al Ajda щеголял пятилитровым двигателем V8, который благодаря двум компрессорам KKK с промежуточными охладителями воздуха выдавал около 400 л.с. Однако публику он эпатировал прежде всего заниженным уровнем крыши и ядовито-красным металликом с золотыми блестками, а также стеклами с градиентной красной тонировкой и отделкой салона бело-красной кожей. «Мы узнали, что один из наших постоянных клиентов проявил серьезный интерес к этой работе Франко Сбарро, — вспоминает коммерческий директор ателье Carat by Duchatelet Филипп Фонтейн. — В итоге мы достигли трехстороннего соглашения: швейцарский мастер передал нам готовые матрицы кузова, а всю остальную техническую часть мы полностью взяли на себя».

Это остальное потребовало колоссального объема работы и заняло куда больше времени, чем планировалось изначально. Первым делом пришлось адаптировать стеклопластиковую матрицу Sbarro, которая оказалась на 10 сантиметров длиннее и настолько же ниже стандартных параметров, к шасси седана Mercedes 500 SE. Вторым этапом стало проектирование с нуля и изготовление элементов интерьера, поскольку заказчик требовал абсолютно эксклюзивного оформления. Третья стадия включала технические доработки, продиктованные небольшим увеличением мощности силового агрегата, что повлекло за собой подбор более коротких передаточных чисел в коробке передач и главной передаче, иное распределение массы по осям и установку сверхшироких колесных дисков фирмы BBS. Наконец, четвертым этапом стала финальная отделка автомобиля кожей высочайшего качества, вставками из ценных пород дерева, роскошными напольными коврами из натуральной овчины. Салон дополнили оригинальной центральной консолью, проходящей от передней панели к заднему ряду сидений, встроенным в торпедо цветным видеомонитором и прочими атрибутами, характерными для флагманской программы Diamond от Carat by Duchatelet.

Благодаря любезности хозяина ателье, Фредди для близких, и в сопровождении Филиппа Фонтейна нам удалось на протяжении доброго десятка километров приобщиться к тем удовольствиям, которые способны подарить неограниченные нефтедолларовые ресурсы. Если отвлечься от пристального изучения реакции прохожих и попутных водителей, выражавших по большей части удивление и восторг перед хищным обликом этой машины, и не пытаться строить из себя пресыщенных снобов, то приходится констатировать удивительный факт: пусть Albatross и является в некотором смысле произведением автомобильного искусства, конструктивно он остается просто автомобилем. Автомобилем с великолепным качеством сборки, проработанным до мельчайших нюансов, абсолютно тихим на ходу, но все же автомобилем.

Непривычным кажется разве что процесс посадки через открывающуюся вверх дверь, но к этому быстро приспосабливаешься — как к самому алгоритму размещения в кресле, так и к манипуляциям с дверной створкой, снабженной парой мощных гидравлических упоров. И все же наибольший визуальный эффект это уникальное — пока! — купе производит либо снаружи, когда оцениваешь его общий силуэт, особенно в профиль, либо внутри, при детальном изучении элементов интерьера.

«Для нас это прекрасный дополнительный опыт, — подводит итог Фредерик Дюшателе. — Мы готовы повторить его при первой же возможности, чтобы закрепить полученные навыки, однако не планируем превращать этот проект в мелкосерийное производство. Ограничимся, пожалуй, десятком экземпляров, как это было в случае с модификацией Carat Limousine. Жаль только, что Carat Albatross не удастся выставить на Брюссельском автосалоне». Впрочем, Фредерик Дюшателе и его команда обязательно примут в нем участие, но покажут там программы доработки на базе моделей Mercedes 190, семейства 200-300E и Classe S, а также полную гамму фирменных аксессуаров.