Alfa Romeo 8C 2300 Monza

Среди множества версий и вариантов кузова модели 8C 2300 была представлена ​​и экстремальная модификация, созданная для участия в гонках Гран-при. После победы на Гран-при Италии 1931 года эта модель получила название 8C 2300 Monza. Колесную базу шасси укоротили до 265 см. В задней части подвески установили сдвоенные фрикционные амортизаторы, а кузов — формально двухместный — на практике представлял собой одноместную конструкцию с обтекаемой хвостовой частью. В конфигурации для Гран-при автомобиль не имел крыльев и световых приборов, однако их можно было установить для участия в гонках спортивных автомобилей или для эксплуатации на дорогах общего пользования. Мощность двигателя увеличили до 165 л. с. (а к 1932–1933 годам — до 178 л. с.) за счет применения клапанов увеличенного размера, магнето в системе зажигания и изменения фаз газораспределения. Головка блока цилиндров по-прежнему изготавливалась из алюминия, но в ней больше не использовались вставные седла клапанов: их вытачивали непосредственно в металле, который затем подвергали закалке. В результате максимальная скорость в 1931 году достигла 210 км/ч, а к 1932–1933 годам возросла до 225 км/ч. Гоночная карьера модели началась 24 мая 1931 года на Гран-при Италии в Монце. Помимо капризных автомобилей Tipo A, компания Alfa Romeo выставила два экземпляра 8C 2300 под управлением Кампари и Минойи. После упорной борьбы Кампари с пилотами на автомобилях Bugatti машину передали Тацио Нуволари — он пересел в нее после того, как его собственный Tipo A вышел из строя, — и привел ее к победе. Впоследствии последовали многочисленные триумфы — от гонки «Тарга Флорио» до соревнований на Нюрбургринге, — одержанные как заводскими, так и частными пилотами. «Вторая молодость» для 8C 2300 Monza наступила в конце 1932 года, когда компания Alfa Romeo объявила о своем решении уйти из гонок Гран-при, заявив, что «непобедимость» модели GP Tipo B уже доказана (в действительности же это решение было продиктовано кризисом в компании, который в конечном итоге привел к смене руководства: вместо Николы Ромео управление перешло к институту IRI). Таким образом, задача поддерживать репутацию бренда вновь легла на плечи моделей 8C 2300 — в частности, тех, что находились в ведении Scuderia Ferrari.